В сумерках
Расчесы держатся несколько дней, и у некоторых особо «удачливых» граждан укусы москитов вызывают кровавые пузыри величиной с крупную горошину. Как выяснилось, я принадлежу именно к этой категории. — Ничего страшного,—сказал Николай,— энергично работая ногтями,— повесим марлевый полог у входа. — А муравьи? — Что муравьи, они не кусаются. — Но я не могу спать, когда по мне ползают муравьи. — Ночью они не ползают, они спят. — А днем они будут жить с нами в палатке?
— А тебе жалко места? Мы чуть не поссорились... Верный друг путешественников — инстинкт не обманул нас, когда мы ночью ставили палатку. Один канат, над входом, крепился на суке сосны, а другой — на абрикосовом дереве. Ветви абрикоса с желтеющими плодами касались крыши. Их количество обещало нам приятное будущее. Муравьи уже проложили дорожку по стволу. К сожалению, их путь шел через вход в палатку, по постелям к задней стенке, по ней вверх до отверстия в крыше и далее по канату на дерево. Это было еще полбеды, и я успокоилась за наше будущее. Не дожидаясь завтрака, схватив маску и ласты, я побежала к морю.